Под сенью колонн на Востоке Перми

 

Исследовательская Работа Брата М. З.

ДЛ "Золотой ключ", №44

«Уважая выгодность положения Егошихинского завода

и способность места сего для учреждения в нем губернского города …

предписываем вам город губернский для Пермского наместничества

назначить на сем месте, наименовав оный Пермь»

 

Такие слова сопровождали подписание указа императрицы Екатерины II о создании Пермского наместничества в составе двух областей — Пермской и Екатеринбургской, и учреждении губернского города Пермь. Случилось это 20 ноября (1 декабря) 1780 года. Но поскольку подходящего для столицы губернии города не имелось в наличии, то в январе 1781 года было велено основать таковой на месте деревни Егошиха, около медеплавильного завода на берегу Камы. И уже 18 октября того же года при пушечной пальбе и праздничной иллюминации последовало открытие города и губернии. Первым городским головой был избран купец из Кунгура Михаил Абрамович Попов.

Этот период - примерно с начала 80-х и до середины 90-х годов XVIII века всегда привлекал исследователей исторического прошлого нашего края. Удивительно то, что за столь короткое время Пермь шагнула в своем развитии, далеко вперед, обогнав в своем культурном развитии соседние губернии. 

За каких-то несколько лет в Пермской губернии появилась целая сеть школ, так называемых «народных училищ». В 1896 году в ведении дирекции народных училищ Пермской губернии состояло до 827 училищ, в том числе 13 городских по положению 1872 года, 2 уездных, 33 инородческих, 773 начальных и 6 частных и это не считая школ принадлежащих духовному ведомству, коих на то время насчитывалось 782 школы. Беднейшим ученикам выдавались бесплатно учебники и учебные принадлежности. Появились типографии, и с ними в губернию пришла эпоха книгопечатания. Начали выпускаться книги общеполезного содержания. Из Москвы и Санкт Петербурга наладились поставки комиссионных книг, в большинстве своем это были издания Н.И. Новикова. По сей день его книги можно найти в архивах и библиотеках края. Стали популярны публичные народные чтения, устраивались библиотеки и читальни.

Все эти разрозненные факты были давно исследованы историками, и порядочное количество статей и книг было написано на эти темы. Но был в истории Перми, того времени, один малоизученный пласт, который вполне возможно сыграл значимую роль во многих процессах становления города и губернии. Он послужил своеобразным ключом, который открыл эпоху становления Губернского города Перми. И предварил собой тот период, который теперь окрестили Золотое Десятилетие.

Пермь Масонская

Я и раньше слышал, что масоны были на Урале. Для меня, правду сказать, это было большим удивлением поначалу. Откуда в нашем крае, да еще и в тот период взяться масонам? Ведь кто в те времена состоял в масонах? Аристократия, богатое дворянство, чиновники высшего ранга. Да и помещение ложи должно было быть просторным и средства большие нужны на содержание оного. Поэтому и вообразить то поначалу трудно было, что на Урале действовали масонские ложи. Провинция сравнительно молодая, от Москвы и тем паче, Петербурга, удалена на порядочное расстояние, богатые заводчики хоть и держали тут свои дела, но бывали по большей части наездами.

Историки и краеведы? Ни Смышляев, ни Дмитриев, ни другие маститые историки ни разу в своих работах не упомянули о масонах на Урале. Удалось найти несколько строчек у Б. Башилова в его труде История русского масонства, где говорилось следующее: 

Панаев Иван Иванович

1752 - 1796

«…В Петербурге и Москве были ложи французских и немецких масонов. Русские ложи сначала существовали разрозненно, не были связаны между собой. Кроме Петербурга и Москвы, русские ложи в большом числе были в Прибалтике: в Ревеле, Риге, Дерпте. Были ложи во Владимире, Орле, Пензе, Рязани, Нижнем Новгороде, Симбирске, Ярославле, Харькове, Казани, в Киеве, Кременчуге, Могилеве, даже в таких отдаленных городах, как Вологде, Архангельске и Перми.»

И в труде Г. В. Вернадского «Русское масонство в царствование Екатерины II» 1917 г. удалось отыскать следующие строки:

 

«…Известны следующие речи XVIII века: а) речь кн. Г. П. Гагарина при открытии ложи Феникса 1778 г.; б) Речь ритора шведской Провинциальной Ложи (В. Рослякова) На открытии ея в Москве в 1780; в) Речи И. И. Панаева 1780-1781 г.г. в ложе Горуса и в 1783 г.- в Пермской Ложе Золотого Ключа…»

 

И указан источник этих речей. Это семейные архивы О.И. Гильдебрандт и копии в архиве А.Н. Пыпина.

Но где искать эти самые архивы. Ведь когда Вернадский писал свой труд шел 1917 год. Почти сто лет назад. В каком уголке России, а может, и земного шара могут храниться эти документы. А сколько всего накопил документов историк Пыпин? Ведь это сотни, а может и тысячи дел. И как найти то, что мне нужно? А главное где?

Я решил начать с Государственного Архива Пермского Края. По какому наитию решил я пойти туда, не знаю, но поиск в этом архиве привел меня к тем результатам, к которым я стремился всей душой.

«Извлечения из рукописи Панаева «На востоке Перми», так именовалась папка, которую мне выдали для изучения. Четкий почерк писаря, ничего лишнего, исключая заметки на полях. Старая уже немного потускневшая от времени бумага. На первой странице вверху имелась надпись карандашом: «Из бумаг И.А. Панаева». Я не мог поверить. Я держал в руках рукопись, возраст которой двести с лишним лет. Моя рука непроизвольно легла на этот документ, и я на мгновение замер отдавая дань тому прошлому, из которого дошел он до нас. И из тех времен моим глазам предстал стройный ряд букв, постепенно выливающийся в слова и предложения, показывая в моем воображении удивительную картину из прошлого…

К протоколу приложены и списки братьев. Вначале списки «присутствовавших в собрании октября 27 дня 1781 года и согласившихся на установление ложи»: Иван Иванович Панаев, Карл Николаевич Бицов, Григорий Максимович Походяшин, Александр Яковлевич Павлуцкий, Иван Павлович Борнеман, Иван Иванович Черкасов, Христиан Осипович Шталмеер, Лев Иванович Черкасов, Франц Иванович Мигар и Семен Васильевич Яковлев. Затем перечислены «братья, находящиеся в отсутствии и объявившие чрез других к тому же свои желания, которые и объявлены сочленами», — Андрей Степанович Листовский и Семен Алексеевич Исаков. А заключают списки «ныне вступившие в члены» — Иван Данилович Шестаков, Петр Иванович Блохин и Иван Иванович Дубровин. 

Отмечено отдельно, что Панаев, Походяшин, Павлуцкий, Иван Черкасов, Листовский и Исаков уже состояли членами петербургской ложи Ора (точнее — Горуса). 

Как уже было сказано мной вначале: официальное открытие губернского города Пермь произошло 18 октября 1781 года. И слыханное ли дело? Девять дней прошло с момента открытия города, как в нем появились масоны и решили учредить ложу. Хотя в 1781 году было все лишь организационное собрание, и основная деятельность началась позднее, но началась очень продуктивно: за последующие три месяца масоны собирались каждую неделю.

Оно и понятно, ведь предстояло много работы. Обучение вновь вступивших основным таинствам масонского учения, помочь им освоить столь сложный порядок обрядов. Пополнение ложи, опросы под повязкой профанов, возвышения в степенях братьев. На втором собрании, которое прошло 1 июля,

 

«...высокопочтенный брат Панаев читал краткое наставление братьям, изъясняя во оном, почему приобретение добродетели поставляется первою работою или первым искусством истинного вольного каменщика. После чего братья наставляемы были... в изъяснении ковра, в обыкновениях, уставах и учреждениях ордена».

В числе прочего, было сказано и следующее: 

«…Но сколь же совершенна, сколь полезна наука вольных каменщиков, сколь она все другие превосходит; ибо она непременно требует очищать сердце наше от пороков, яко необходимого и нужного основания к приобретению истинного просвещения и совершенства в сем великом знании. … любезные братья истинное любомудрие, всегда было, есть и будет целью сей высочайшей науки. И первая, так сказать, часть сего учения касается до человека, то есть до познания себя. Представьте же себе человека порочного не престанно страстями обуреваемого, смущаемаго мыслями развращенными полагающего свое благо в удовольствии вредных своих склонностей; представьте и скажите любезные братья удобен ли такой человек познавать себя? Может ли проникнуть он во внутренности души своей? Может ли видеть в ней высочайшие тайны и чудеса Великого Строителя? Может ли, говорю, когда мысль его испорченная, к единой тленности обращается и всечасно укрепляет узы коими действие бессмертной души его остановляется? Следственно чем больше разрушаем мы преграды к познанию себя пороками поставляемые, тем ближе приходим мы к совершенному разумению, высочайшей премудрости сокрытой в душе человеческой.»

И всего через четыре дня, 5 июля, Братья собрались снова. На повестке дня был прием в члены ложи «ищущего» этого звания.

 

«...Почтенный брат Черкасов послан был двоекратно в темную комнату к ищущему и, учиня надлежащие с ним испытания, привел его ко дверям храма, где ищущий объявил, что имя его Петр, отечество Антонов сын, прозвание Бейльвиц, от роду имеет 32 года... служит здешней губернии в Пермском уездном суде судьею, пропитание свое имеет от жалованья... ко вступлению в наше общество влечет его не любопытство или чей-нибудь уговор или какое другое намерение, но истинное и усердное желание к просвещению. Сей ищущий впущен в ложу и по учинению трех рыцарских путешествий приведен был к алтарю, учинил присягу, удостоен видеть свет и принят в рыцари вольные каменщики учеником-братом и членом сего ордена». 

За месяц с небольшим ложа пополнилась настолько, что появилась возможность открыть ее уже официально, в соответствии с уставом и по всем правилам обрядности. Что и произошло 29 июля 1781 года.

«…По учреждении ложи обыкновенным порядком в оную шли: брат Шталмеер с мечом, за ним брат Шестаков со списком, в средине брат Лев Черкасов с обрядами первых трех степеней и общими законами. По другую руку брат Блохин. За ними с зажженными свечами братья Походяшин, Иван Черкасов и брат Панаев. По входе в ложу делали три путешествия, по окончанию которых постановлял брат Панаев светильники, говоря при первом: Благословением Всевышняго Строителя Вселенныя. При втором: Во имя Высокопочтенного Великого мастера, всех братьев рыцарей вольных каменщиков соединенных и развеянных по всему шару земли. При третьем: Поданной мне власти и достоинством сана моего, водружаю сии три светила, да свет путеводительствует нам к свету и да наставит нас на стезю истинного блаженства. Потом брат Панаев занял место Великого Мастера, а братья Походяшин и Черкасов места надзирателей и открылась ложа. Великий Мастер брат Панаев начал говорить: «достойные и усердные братья! По сие время не имел я в присутствии надлежащего числа сочленов наших, принуждены мы были производить частно наши работы, но теперь когда собрание наше и полного числа братьев составилось, то совершим в сей день давно восприятое усердное наше намерение и откроем здесь настоящую работающую ложу призывая в помощь Всевышняго Архитектора Вселенныя. И ежели на то есть ваше соизволение, то дайте мне оное познать обыкновенным знаком согласия»

На сие все братья с удовольствием согласились и Великий Мастер продолжил:

«И так с согласия вашего любезныя братья по данной мне власти от высокопросвещеннийшего Великого мастера Великой Государственной Всероссийской ложи, учреждаю вас здесь собранных в совершенную и справедливую ложу Святого Иоанна, под особливым названием ложи Золотаго ключа…»

Что произошло?

Итак, Ложа была законно открыта. Дальнейшая ее деятельность протекала в том же духе — Величественные речи, рыцарские странствия ищущих света. Так бы и продолжалось все, но…

20 сентября того же года Ложа была закрыта.

Еще за шесть дней до этого, на очередном собрании, ничего не предвещало столь скорого закрытия — кого-то переводили из степени в степень, слушали очередную речь Панаева (Великий Мастер рассуждал о трех наших шагах к восходящей на Востоке вечности) — в протоколе нет даже намека на возможные перемены.

И вдруг тот же великий мастер Панаев «сентября в 20-й день» объявляет:

 

«в рассуждении отлучения его из сего города в Казань к новой должности по его службе, так и в рассуждении отъезда и других членов, необходимо принужден он учрежденную на востоке Перми ложу Золотого ключа закрыть с тем однако, что если позволят обстоятельства открыть оную на Востоке Казани с тем же именем». 

Доподлинно не удалось выяснить причину столь скорого отъезда братьев из Перми. Протокол фиксирует лишь работы по ликвидации ложи:

 

«…Рассматриваемо было экономическое состояние Ложи и нашлось за всеми расходами на лицо денег пятьдесят шесть рублей двенадцать копеек собранных для бедных, которые определено устроить в пользу оных. И препоручено почтенному брату Казначею по благорассмотрению его раздать бедным, неимущим пропитания и в заключении содержащимся. Потом согласились братья, что все вещи ко украшению ложи служащия Высокопочтенный брат Панаев взял с собою, дабы могли они употреблены быть в Казани в Ложе Восходящего Солнца, когда при помощи Всевышняго ложа сия получит свое возобновление»

Всем тем, кто был принят в масоны в Перми, выданы об этом свидетельства. После чего «происходило надлежащее троекратное путешествие, и Великий Мастер погасил светильник храма».

Бессменный секретарь ложи Иван Шестаков закончил протокол такими словами:

 

«Таким образом, к чувствительному прискорбию братьев и членов Ложи Золотаго Ключа прекратились священные их работы на Востоке сего града, но усердие их истинное по благу своему собственному, а к пользе ордена, дружество и любовь братская, их соединяющая, и, наконец, сердца их, расположенные ко снисканию истинного просвещения, все сие удостоверяет, что священный и полезный труд сей никогда не прекратится в душах их». 

29 Сентября 2013 года, благодаря Великой Ложе России и Братьям, Достопочтенная Ложа "Золотой Ключ", законно основанная на Востоке города Перми по Древнему и Принятому Шотландскому Обряду, возобновила свои работы и существует по сей день.

  Список используемой литературы:

  1. Государственный архив пермского края ф.297 опись 3 ед. хр. 336.

  2. Государственный архив пермского края ф.10-790 опись 1 ед. хр. 1736.

  3. Г.В. Вернадский. Русское масонство в царствование Екатерины II. Изд. Петроград 1917 год.

  4. Б. Башилов История Русского масонства. Изд. МПКП "Русло", 1992-1995

  5. Ю.М. Курочкин. «Уральские находки» Свердловск, Средне-Уральское книжное издательство, 1982​

Присоединяйтесь:

  • Facebook B&W

© Д. Л. "Золотой Ключ" № 44 / Golden Key Lodge № 44

© Великая Ложа России / Grand Lodge of Russia